Современное общественное мнение зачастую имеет некоторые претензии к правосудию. Резонансные дела, как правило, порождают в обществе вопрос: есть ли адекватное наказание за преступление. Чудовищная жестокость, как бы она не потрясала воображение обывателя, нередко рисует совершенно немыслимые картины воздаяния преступнику, сами по себе мало уступающие уровню жестокости самого «душегуба».
© DELFI / Tomas Vinickas

В ВКЛ принцип воздаяния за проступки был достаточно суровым. Тем не менее, при огромном количестве смертных приговоров за то, что сейчас даже штрафом наказывается не особенно большим, все же не позволяет нам говорить о том, что времена были гораздо более суровыми.

Обсуждая нижеприведенный пример, было проведено маленькое социологическое исследование: после изложения сути дела участнику эксперимента предлагалось встать на место судьи и вынести максимально гуманный приговор, исходя из его собственных принципов воздаяния, не основанных на современной судебной практике. Порядка 70 процентов респондентов (по уровню дохода и образованию, а также возрасту респонденты отличались мало - взят возраст 35-50 лет, образование среднее, доход средний) в своем вердикте озвучили именно решение судей 16 века.

Слушалось дело в Бресте в 1519 году. Представители еврейской общины задали справедливый с точки зрения процедуры вопрос - на каком основании жестокой казни был подвергнут один из представителей общины? Вопрос был задан, а ответ на него был длинным и исчерпывающим. В результате нам досталось описание странного, труднообъяснимого и наверняка резонансного для тех лет преступления.

Еврей Арон нанял Ивана Проневича, чтобы тот его водил по дорогам. Сам Арон был слеп. Служба, в общем, не самая тяжелая. Наниматель и слуга некоторое время были вполне довольны друг другом. Все испортило путешествие в Люблин. По дороге телега, на которой передвигались слепой и его поводырь, поломалась - ось переломилась. Слепой собрался в близлежащую деревню за помощью. А дальше начинается непонятное. Иван Проневич утверждал, что слепой связал его. Арон говорил о том, что поводырь решил его убить и ограбить, и все он сделал для своей безопасности. Но как бы это странно не звучало - слепец одолел зрячего, связал, а затем ослепил («...выдавил мне очи и солью насолил...»).

Покалеченному каким-то образом удалось бежать. И через некоторое время он появился в Бресте и подал жалобу в суд. По его жалобе был взят слепой Арон. Для заседания пригласили Брестских евреев. При расследовании Арон свою вину в ослеплении поводыря признал, хотя придерживался версии, что поводырь его собирался убить и ограбить. Горожане предложили взять Арона на поруки, но неожиданно встретили отказ со стороны евреев.

Те объяснили свою позицию: во-первых, Арон не был жителем Бреста. Во-вторых, оказалось, что это не первое преступление. Прежде Арон уже был пойман на краже винограда (Брест. Виноград никак не предмет производства или первой необходимости). За дерзкую кражу был он ослеплен. Теперь вопрос о том, что делать с рецидивистом, встал перед горожанами.

Формально преступник сознался, но следовало придумать ему казнь, и казнь не формальную. Принцип талиона «око за око» тут ну никак не подходил. Но и просто казнить слепого было никак невозможно. Некоторое время горожане рассчитывали, что окончательное решение по делу калеки-преступника возьмет на себя еврейская община. Но после того, как община решительно отмежевалась от Арона, возник вопрос - как же все-таки судить преступника? Замковая (королевская) власть тоже в некоторой мере не хотела брать ответственность на себя.

Наконец, горожане решили вопрос самым простым способом. Они, строго говоря, очень изящно сформулировали обвинение. Получалось, что Арон просто совершил самосуд. То есть, судили его не за членовредительство, а за превышение власти. Тем не менее приговор был суров. Слепцу Арону отрубили руки.

Казалось, вполне компромиссное решение, но еврейская община обратилась за разъяснением сути дела, и в совместном обращении лавников и райцев, а также судей была отмечена в первую очередь запредельная жестокость поступка обвиняемого и нежелание общины брать на поруки преступника. Таким образом приговор магистрата признавался справедливым и своевременным. Среднестатистический горожанин вынес вердикт.

Печальный конец самозванца Деспота - голова, набитая соломой (6)

Как показала практика, Якоб Базиликос Деспот Гераклид...

Иоанн Якоб Деспот Гераклид, которого в гробу многие видали (3)

При дворе Яноша II Запольяи для человека отважного и...

Несвижский костел: место уникальной усыпальницы Радзивиллов (1882)

В Вильнюсе в библиотеке Врублевских представлены...

В Вильнюсе открыта выставка о старинном роде ВКЛ Вышневецких (14)

В МИДе Литвы открыта выставка "Вышневецкие - забытая...

"Острые слова" короля Сигизмунда Августа о пармезане, или сыр в большой политике (4)

Посол его величества Фердинанда I, императора Священной...