22 июля 1534 года к полоцкому воеводе Яну Глебовичу прибыл странный гость. А поскольку оказался он прямиком из Москвы, то и допросить такого человека следовало сразу. Все-таки войне быть, и нехватка информации о противнике могла дорого стоить.
© Reuters/Scanpix

Прибывший в Полоцк человек из Москвы назвался солдатом (жолнером) Войтехом из-под Познани. Воевода Глебович был человеком внимательным, а к всевозможным разведывательным данным чрезвычайно внимательным, потому после опроса солдата бросился самым подробным образом составлять послание королю польскому и великому князю литовскому Сигизмунду.

Среди всех обрывочных и коротких известий впервые Глебович столкнулся с грамотной, подробной и толковой информацией. Ведь одно дело допрашивать пленных, которые все равно всей правды не скажут, монахов да перебежчиков, а тут было совсем другое дело.

Войтех рассказал, что в плен попал еще в те времена, когда отец пана Яна, Юрий, был воеводой в Смоленске и оборонял этот город. Стало быть, в плену пробыл солдат больше двадцати лет. А 2 июля сего года решился на побег. Время для него он выбрал удачное: на Москве происходила суматоха, начали строить укрепления (Китай город), ждали, что появятся крымцы, а потому имущество горожане и купцы стали свозить внутрь строительства. По такой сумятице Войтеху удалось затеряться, а потом и убежать. На всякий случай он измерил глубину и ширину рва и присмотрел, как строятся стены.

Путешествие Войтеха не было простым бегством. Всюду он примечал нужные вещи, да и информацию собирал очень внимательно. Первым местом, где побывал беглец, была Коломна. Там он увидел собранные полки и смог даже перечислить командный состав. Многих воевод Войтех знал в лицо. Затем беглец направился в Каширу, где так же наблюдал войска и смог получить информацию о начальствующих. Далее следовал сбор данных о стоявших в Серпухове войсках под командованием Семена Бельского и Ивана Ляцкого, а также о князе Андрее Старицком в Боровске. На всякий случай Войтех заехал в Вязьму, но когда оказалось, что серьёзных войск там нет, покинул город.

Убедившись в отсутствии значительных сил в направлении ВКЛ, беглец обратил свое внимание на состояние дорог и мостов. Он особенно отметил, что мосты от Дорогобужа до Смоленска находились в скверном состоянии. Однако утешаться такой новостью Глебовичу не следовало – о том, что их будут чинить в самый короткий срок, Войтех тоже сообщил воеводе.

Войтех сообщил и о подготовке нескольких рейдов на города Великого княжества. Однако конкретные цели выяснить не удалось. В то, что кампания лета и осени не будет с московской стороны активной, предполагал и сам Глебович. Войтех же подтвердил его мнение. Отряды собираются медленно, угроза хана считается более важной, нежели предполагаемое наступление войск ВКЛ, а среди начальников нет согласия.

Распри в стане высшего московского руководства не были для Глебовича тайной, но несколько неожиданным оказалось живописное повествование о готовности окружения правительницы Елены Глинской резать друг друга ножами. Удивительной показалось и скромное поведение Михаила Глинского при дворе.

Кроме того, Войтех дал описание и московского разведчика, направленного в княжество. Некто Васюк уже в пятый раз отправлялся с разведывательным заданием, но его Войтех вполне мог опознать.

Ситуация для наступательных действий выглядела более чем благоприятной. Вскоре показания о состоянии войск и внутреннем положении в Москве уже давали совсем другие лица. Из Серпухова в Великое княжество бежали воеводы Семен Бельский и Иван Ляцкий. Своими показаниями они изрядно дополнили информацию беглеца. Высокопоставленных дезертиров препроводили к Сигизмунду. Короля убедили в неспособности Московского княжества отразить наступление.

Первые неудачи войск ВКЛ показали, что ценная информация, полученная от Войтеха, была истолкована только в одном контексте: Московское правительство нестабильно, силы на границе невелики, а переброска войск на предполагаемый театр военных действий (Смоленск) затруднительны. Но в той части информации, которая говорила о том, что войска уже собраны, об их количестве, о мерах по укреплению крепостей и налаживании инфраструктуры, должных выводов сделано не было.

В результате скверные мосты и дороги были приведены в порядок в кратчайший срок, малочисленные гарнизоны пополнены за счет уже собранных в городах княжества группировок. Медленный сбор войск для наступления и поражение Глебовича под Себежем перевели кампанию в стадию пограничных стычек. Финал кампании осени 1534 был более чем скромным. Расчет на массовые измены командного состава правительнице Елене Глинской и конфликты между представителями аристократии не оправдались. А вот того, что московские полки, собранные для отражения татарской угрозы, не будут распущенны на зиму, а совершат рейд на территорию ВКЛ, совершенно никто не предполагал.

Строго запрещено копировать и распространять информацию, представленную на DELFI.lt, в электронных и традиционных СМИ в любом виде без официального разрешения, а если разрешение получено, необходимо указать источник – Delfi.

Печальный конец самозванца Деспота - голова, набитая соломой (6)

Как показала практика, Якоб Базиликос Деспот Гераклид...

Иоанн Якоб Деспот Гераклид, которого в гробу многие видали (3)

При дворе Яноша II Запольяи для человека отважного и...

Несвижский костел: место уникальной усыпальницы Радзивиллов (1882)

В Вильнюсе в библиотеке Врублевских представлены...

В Вильнюсе открыта выставка о старинном роде ВКЛ Вышневецких (14)

В МИДе Литвы открыта выставка "Вышневецкие - забытая...

"Острые слова" короля Сигизмунда Августа о пармезане, или сыр в большой политике (4)

Посол его величества Фердинанда I, императора Священной...

TOP новостей

Беларусь-Россия. Спусковые крючки глубокой интеграции (278)

Затягивает ли Россия удавку на независимости Беларуси...

Как литовские торговые центры будут работать в дни зимних праздников

Представители крупных торговых сетей в Литве Maxima , Norfa ,...

В Аникщяй рождественскую елку установили прямо на реке (1)

В субботу вечером в Аникщяй зажгли рождественскую елку....