Война обнажает истинное лицо правителей. Обычно она вытаскивает на свет наиболее скверные и авторитарные инстинкты. Тем не менее, после российского вторжения в Грузию мое правительство выбрало иной курс: мы убеждены, что наше существование зависит от того, сможем ли мы стать более открытым и более демократическим обществом, крепко утвердившимся в сообществе свободных народов. Данная реакция имеет огромное значение также для будущего Запада.
Michailas Saakašvilis
© Reuters/Scanpix
Наше убеждение частично основывается также на особом положении Грузии в мире. Когда в нашу страну вошло тысячеголовое российское войско, тысячи танков и бронемашин, международное сообщество нас единодушно поддержало. Если бы Грузия была всего лишь одной из автократических стран на российское границе, вряд ли бы десятки политиков со всего мира отправились в Тбилиси, чтобы поддержать грузинский народ.

Грузия подтверждает очень важную вещь: она является примером того, как коррумпированная и разрушенная страна всего за несколько лет может превратиться в страну либеральную и многообещающую. Само собой разумеется, наша демократия – как и все остальные в этом мире – все еще пребывает в процессе развития. Но в этой проблемной, но, тем не менее, важной части мира от нас исходит импульс. То обстоятельство, что в плане энергоснабжения Грузия представляет собой важный узловой пункт, делает открытое и прозрачное правительство еще более необходимым.

Однако после российского вторжения и частичной аннексии территории моей страны для Грузии важно еще и то, чтобы свободный мир подавил решимость Москвы действовать насильственными методами, ограничивать демократию, восстанавливать российскую империю и контролировать европейские источники энергии.

Действия России угрожают ценностям, лежащим в основе послевоенного мира. Поспешным признанием "независимости" наших регионов, Южной Осетии и Абхазии, Москва уничтожила общепризнанные границы и нарушила систему государственного суверенитета, лежащую в основе международного права. Кроме того, скрывались этнические чистки, проводимые Россией и ее союзниками в начале 1990-х, а также в августе этого года.

Вожди России откровенно вмешались в нашу внутреннюю политику. Они открыто призвали к свержению нашего свободно избранного правительства и пытались таким образом подорвать базу грузинской демократии. Когда само по себе вторжение не вызывало беспорядков, они попытались нанести ущерб нашей экономике, разрушив инфраструктуру. Затем российские вожди в раздражении заявили, что не будут вести переговоры с моим правительством.

Щекотливая проблема в споре с Россией заключается в том, чтобы действовать, не прибегая к брутальной тактике. Наилучшую защиту обеспечивает нам не наше оружие, а идеи и ценности, которая подпитывают наше правительство и наш народ. Россия, напротив, своим безоглядным использованием силы вгоняет себя в политическую изоляцию и бьет по собственной экономике.

Поэтому мое правительство осознает, что подход к ситуации имеет значение не только для нас, но и для наших союзников.

Мы верим в открытость – и это не просто пустая фраза. Несмотря на все трудности, сопутствовавшие российскому вторжению – сотни убитых, почти 200 тысяч беженцев (по оценке ООН), рухнувшая экономика – мое правительство претворяет в жизнь нашу веру в основополагающие принципы.

Сначала необходимо создать прозрачность. Для этого нужно понимать, как началась эта война. В течение долгих лет Россия пыталась оскорблять Грузию и мое правительство, одновременно она блокировала все важные прямые переговоры с сепаратистами. Это было частью продуманной кампании по ослаблению международной поддержки Грузии и подготовке к вторжению. Затем, этой весной, после ввода в зоны конфликтов сильной военной группировки и вмешательства вооруженных ополченцев этим летом Россия осуществила последнюю часть своего плана. Как сообщала New York Times, вторжение началось ранним утром 7 августа после того, как в течение нескольких дней страна подвергалась сильным обстрелам, жертвами которых стали мирные граждане и грузинские солдаты-миротворцы. Затем Россия заявила, что грузины убили 2100 мирных граждан Южной Осетии, что, в свою очередь, повлекло за собой формальную "гуманитарную интервенцию" Москвы. Эта ложь, которая опровергалась Human Rights Watch (HRW) и не только этой организацией (HRW оценила количество убитых в 44 человек), была попыткой скрыть от международной общественности истинные цели России.

17 августа в рамках визита федерального канцлера Германии Ангелы Меркель я был первым, кто потребовал международного расследования причин этой войны. Мое правительство готово представить следователям все доказательства и дать доступ к свидетелям. Мир должен спросить Россию, готова ли она сделать то же самое.

Наш второй фронт в стремлении к открытости и прозрачности находится в нашей стране. На прошлой неделе я объявил о ряде мер по укреплению демократии в Грузии, где в наших планах по восстановлению и обороне центральное место отводится оппозиционным партиям. Несколько дней назад один оппозиционный политик даже был назначен руководителем комиссии по контролю за восстановлением. В настоящее время мы принимаем меры по стимулированию плюрализма в средствах массовой информации и гражданском обществе. Сюда входят, в частности, усиление финансовой поддержки оппозиционных партий и увеличение влияния общественных телерадиокомпаний. Наши последние инициативы имеют своей целью также усиление независимости судебной системы.

Одновременно мы сохраняем прозрачность по отношению к нашим партнерам. Кроме гарантий беспрепятственного доступа для следователей, которые будут выяснять причины этой войны, мое правительство ввело строгие механизмы, которые должны обеспечить, чтобы распределение помощи, великодушно предоставленной Грузии Соединенными Штатами, Европой, Японией, Канадой, Австралией и другими, не вызывало никаких возражений и оставалось транспарентным.

Вместе с тем Запад тоже должен убедительно противостоять России. Мы не можем допустить, чтобы России продолжила аннексию Южной Осетии и Абхазии. Мы также не можем допустить, чтобы Москва снова и снова нарушала договоренности о перемирии. В конечном счете мы должны укреплять сообщество демократических наций. Мы не можем разрешить России или кому бы то ни было еще прибирать к рукам влияние и тем самым отнимать у людей право на свободу и объединение с народами, мыслящими так же, как и они. Мое правительство приветствует решение ЕС об ускорении приема Грузии в европейские институты. Мужества придал нам и недавний первый официальный визит в Грузию представителей Североатлантического совета. Мы надеемся, что НАТО тоже вскоре признает уместность проведения дальнейших консультаций по поводу нашего ходатайства о вступлении. А в это время грузинский народ будет продолжать работать над демократическим будущим.

Inopressa
Оставьте свой комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя, вы соглашаетесь с условиями
Читать комментарии Читать комментарии

К.Эггерт. Аргумент Путина и безмолвие оппозиции (34)

"Путин, как и его окружение, конечно, замешан в...

Линас Линкявичюс. С годом Собаки! (83)

По традиции после Рождества мы приглашаем...

Артем Шрайбман. Сингапур Лукашенко (18)

Белорусские технократы осознают, что им не под силу...

К.Эггерт. Собчак-оппозиционер, маг Навальный и немного Крыма (42)

18 марта 2018 года не зря заранее называли датой так...

Рамунас Богданас. Наконец-то: на Лукишкской площади свои стреляют в своих (33)

Старая мечта недоброжелателей Независимой Литвы...

TOP новостей

В Казахстане в автобусе заживо сгорели 52 человека (2)

В Актюбинской области Казахстана во время движения...

Скандал: в столице Литвы владельцы квартиры снимали арендаторов на видео (4)

Дом в Старом городе Вильнюса , на ул. Вокечу скрывает...

Рейтинги консерваторов и "крестьян" расходятся – данные нового опроса (10)

Конкурирующие не первый месяц между собой на верхних...