aA
Премьер-министр Литвы Саулюс Сквернялис усматривает в критике президента и оппозиции в адрес министра транспорта и коммуникаций Ярослава Наркевича "фон дискриминации по национальному признаку".
Saulius Skvernelis
Saulius Skvernelis
© DELFI / Andrius Ufartas

"Я не говорю о президенте и точно его не обвиняю, но мы видим фон: он напоминает дискриминацию по национальному признаку", – сказал в интервью DELFI Сквернялис.

На вопрос о возможной правящей коалиции с Партией труда после приближающихся парламентских выборов, Сквернялис такую возможность не исключает и говорит, что Виктор Успасских "как личность однозначно изменился к лучшему".

Он не исключает возможность сотрудничества и с социал-демократами Гинтаутаса Палуцкаса.

– Президент Гитанас Науседа сказал, что не знает, доверяет ли вам. Как вам кажется – доверяет или нет?

– Президент должен определиться. Надо его спрашивать.

– До сих пор доверял, а сейчас засомневался – из-за одного министра?

– Вообще все кажется странным: сейчас он как бы не может сказать, доверяет ли, поскольку у него снова возникли вопросы в связи с асфальтированием дороги. Если бы мы сняли министра, то этот вопрос уже не был бы актуален, важен? Как это понимать?

– Вы сказали, что нет причин не доверять министру. Но в числе упреков был вопрос аренды жилья – когда он жил с семьей в парламентской гостинице. На этот вопрос нет ответа…

– Есть, он обоснован документами. Мне представили договор от октября 2016 года с парламентской канцелярией, в котором сказано, что министр – тогда депутат – располагает имуществом в Вильнюсе, там указано, что с ним будет жить семья – жена и дочь.

– Но ведь тут можно говорить о бизнесе политика. Это морально?

– С моральной точки зрения эта практика порочная, и парламент вообще должен определиться в вопросе этой гостиницы – кто и с кем там может жить. Обязательно один депутат? Это тоже абсурд.

Но министр все сделал по закону, все декларировал, коммунальную плату платит…

Неморально обвинять одного депутата, что он так делает, поскольку так поступают многие.

– Был упрек президента в связи с людьми, трудоустроенными Ярославом Наркевичем. Вы тоже не видите проблемы?

– Министр ни одного из 12 поляков в подчиненных министерству ведомствах не трудоустраивал, а их связи с Избирательной акцией поляков Литвы есть – через дальнее родство – не с министром и его окружением, а с однопартийцами. И они занимают очень "высокие" посты: почтальоны, водители, меднеджер.

– Если все в порядке, то откуда такая жесткая позиция президента в вопросе Наркевича?

– Я не вижу никаких аргументов. Может, есть еще что-то о чем мне не говорят.

– А может вы знаете, но не хотите говорить?

– У меня есть мнение.

– Какое?

– Обсуждение этого кандидата сложно проходило в президентском дворце с первого дня. Видно, сложилось определенное впечатление, это первое впечатление часто надолго остается. А надо оценивать объективно работу, проделанную за несколько месяцев на посту.

– Значит, с самого начала министр не понравился, поэтому дальше только искали повод?

– Не знаю, это ли основная причина, но есть совпадение – когда ИАПЛ-СХС стала партнером по коалиции, начали всеми силами стараться вытолкнуть ее из коалиции. Самая большая проблема в том, что тут есть уклон в определенную дискриминацию (я не говорю о конкретных ведомствах) по национальному признаку.

Сейчас уже вспоминают все – и принадлежность к партии, и деятельность властей Вильнюсскго и Тракайского районов. Это недальнозорко, поскольку в последнее время эта политическая сила быстро интегрируется в литовское общество.

В это смысле важны и отношения между Литвой и Польшей. Польские политики это понимают и видят продвижения в эту сторону.

Ведь эту политическую силу часто связывают с Восточным соседом, а сегодня эта пуповина отрезана – или отсекают последние связи. Но есть желание – намеренное или по глупости – снова толкнуть ее на Восток. Нашей стране это невыгодно.

Как и снижение планки на выборах до 3%. Может, тогда этой политической силе не потребуются и союзники – она смогла бы одна участвовать на выборах.

– Вы считаете, что недовольство президента министром может иметь и национальную основу?

– Я не говорю о президенте и ни в чем его не виню, но мы видим фон: он похож на дискриминацию по национальному признаку. А это опасно и неразумно.

– Вы упомянули о попытке вытеснить поляков из коалиции. Кто этого хочет?

– Мы видим правые политические силы, обозревателей, СМИ, выражающие свои симпатии. Эта позиция видна в общественном пространстве – поддержка правых.

Естественно, что если партнеров вытеснят из коалиции, снова пойдет речь о правительстве меньшинства. А у наших дорогих консерваторов уже есть практика в правительстве меньшинства.

Довелось говорить с Гедиминасом Киркиласом. [Его правительству] диктовали повестку дня, оказывали давление. Я в таких условиях не готов и не хотел бы работать.

– Президент сейчас помогает правым?

– Не хочу что-либо предполагать, но даже в истории со снижением проходного порога до 3%, чтобы было по рекомендация Совета Европы и Венецианской комиссии, выбор ясен: работа с оппозиционными партиями и прямое влияние советников.

Давление на депутатов - чтобы не присутствовали на заседании. И, кстати, большинство тех, кто не участвовал в нем, не были избраны в одномандатных округах. А сразу за этим последовало заявление президентской службы, что они готовы провести реформу выборов, отказаться от одномандатных округов.

Сказали, что это согласовано и представлено лидерам партий. Но мы увидели, что в партиях правящего большинства такой дискуссии не было, им предложение не представили. Работали с оппозицией. Возможно, это такая договоренность.

– Как вы думаете, после выборов нынешняя оппозиция продолжит сотрудничество? Консерваторы создадут правящее большинство с соцдемами?

– После выборов мы видим возможность работать с социал-демократами Палуцкаса. У нас есть сходства на идеологическом уровне.

Идеологически, прагматически или стратегически - коалиция Союза отечества с левыми социал-демократами мало возможна. Но в жизни, ради постов, иногда все бывает.

Однако, я думаю, что после выборов 2020 года социал-демократы могут быть нашими партнерами по коалиции. Мы бы договорились о важных для будущего страны решениях. Я думаю, наши с ними позиции ближе, чем консерваторов.

– На выборах 2016 г. "крестьяне" заявили, что не будут сотрудничать с "Порядком и справедливостью" и Партией труда. Но вы все же начали сотрудничать с "Порядком и справедливостью". Изменится ли после выборов и позиция в отношении Партии труда?

– Надо смотреть. Политические силы меняются. "Порядок и справедливость" вообще может стать другой политической силой. Закончились и политические дела Партии труда. Санкции назначены, люди сменились, меняются.

– Виктор Успасских не меняется.

– Успасских не меняется, но его личность сильно изменилась. Это факт.

– В хорошую или плохую сторону?

– Думаю, однозначно в хорошую. Возможно, в парламенте его не будет. Хотя он и заявляет, что хочет стать премьер-министром.

Я бы не делал категорических заявлений о том, что с кем-то не будем общаться. Если оценивать, какие партии попадут в парламент, то такие ограничения могут привести к тому, что вообще не получится сформировать правящее большинство.

Если мы хотим, чтобы была преемственность работ, надо и следующее правительство формировать на базе центрально-левых сил. Если хотим вернуться на 10 лет назад, тогда надо выбирать правых. Но я скептически отношусь к возможности консерваторов найти партнеров.

– Если Партия труда получит больше мандатов, чем соцдемы и "крестьяне", поддержите ли вы кандидатуру Успасских на пост премьера?

– Об этом еще рано говорить.

– Но он говорит.

– Конечно. Лидер политической партии должен говорить о максимальном плане. Но это сложно осуществить. Я думаю, основным стержнем центрально-левых сил будет Литовский союз крестьян и зеленых (ЛСКЗ).

– Вы считаете, что результаты ЛСКЗ будут лучше, чем показывают опросы?

– Трудно гадать. Мы в последнее время много наговорили. Но я думаю, результат будет лучше, чем показывают опросы. Если люди будут руководствоваться не эмоциями, которые с помощью СМИ сейчас формируют в общественном пространстве, а [оценивая] перемены в своей жизни, которые произошли из-за важных решений в государстве, то результат будет лучше.

– СМИ должны быть критически настроены в отношении власти.

– Да, однозначно. Но согласитесь, что такого фона, какой создается с 2016 г., еще не было. Это касается и ЛРТ, который казалось бы должен соблюдать баланс. Но и с его стороны бывают выпады, которые выходят за рамки морали и приличия.

Очень жаль, что так делают. А с остальным я согласен: было бы странно, если бы СМИ критиковали не правящих, а оппозицию.

Но иногда критика бывает непропорциональной. Например, в случае с Наркевичем. Ничего не стоит публично обвинить министра в браконьерстве. Информация не подтвердилась, никакой реакции нет.

На сайте ЛРТ сообщается, что министр выделил деньги на ремонт улицы своего однопартийца. Потом выясняется, что это до него выделили, а дорогу вообще ремонтировала частная компания… И тут - ни опровержения, ни извинений.

– Как вы оцениваете падение рейтинга ЛСКЗ на 4 место?

– Видно, многое было связано с бюджетом. Сформировали серьезные ожидания. Нас пытались обвинить в невыполнении обязательств. Все обязательства по договорам выполнены или будут выполнены в этом году. А что касается больших желаний – мы тоже хотели бы, чтобы зарплаты пожарных, врачей, учителей, преподавателей были больше, чем запланировано.

Но, скажем, академическая община вообще молчала о том, что их зарплаты не повышали 8 лет.

– Рейтинг ЛСКЗ упал не во время принятия бюджета – он снижался на протяжении всего 2019 года. Тогда, когда развивался скандал с Викторасом Пранцкетисом…

– Да, было много проблем. Был и неуспех на президентских выборах. Выяснение отношений между собой тоже не улучшили рейтинг.

– Выяснения отношений с Рамунасом Карбаускисом?

– Не личных – это было в партии, во фракции и связано с решениями, коммуникацией. Разделение мнений часто представляют как конфликт, его ищут уже четвертый год.

– Так у вас в отношениях с Карбаускисом в прошлом году не было обострения в отношениях?

– Конфликта не было точно. Были случаи расхождения во мнениях. Мы с 2016 года взяли на себя огромную ответственность за государство, это давит, и мы ради личных амбиций не можем все бросить и заниматься личными вопросами. Нас объединяет ответственность и доверие избирателей.

– Согласились бы вы остаться на посту премьер-министра, если бы после парламентских выборов так сложились обстоятельства, что этот пост предложили бы вам?

– Незачем говорить об этом: чтобы принимать решения, я должен дождаться объективных ответов. Сегодня я так далеко не загадываю. И у меня даже нет такой возможности планировать так далеко. Выборы и политика - не главное в жизни.

– Президент сказал, что вы несете своего министра Наркевича через реку. Будете делать это до выборов – может ли еще правительство упасть или оступиться?

– Правительство всегда готово пасть. В этом особенность исполнительной власти – надо к этому быть всегда готовым. Ни я, ни министры не сидим, вцепившись в кресла.

– И что тогда – правительство меньшинства?

– На самом деле - что тогда? Если президент думает, что он может взять на себя работу по формированию нового большинства, нового правительства, то мы не будем мешать этому.

– Непохоже, что может быть другое большинство. А если ИАПЛ уйдет?

– Я думаю, они не уйдут. Они надежные партнеры, они чувствуют ответственность. Думаю, правительство завершит работу.

– А Наркевича так и понесете до конца срока полномочий?

– Я ни одного министра не понесу – они сами ходят. Я говорил с министрами – в этом году мы не намерены участвовать в предвыборной кампании, мы будем делать свою работу.

Теперь самые свежие новости о Литве можно прочитать и на Телеграм-канале Ru.Delfi.lt! Подписывайтесь оставайтесь в курсе происходящего!

ru.DELFI.lt
|Populiariausi straipsniai ir video

TOP новостей

Глава Минздрава: комендантский час нужен не по ночам, а в выходные (180)

ВРИО главы Минздрава Литвы Аурелиюс Верига в четверг...

Прогноз погоды на Рождество: давно не было таких холодов (3)

Жители Литвы уже забыли, что такое студеная зима и...

Каким воздухом дышат вильнюсцы, и где ситуация хуже всего (10)

За последние 10 лет в Европе уменьшилось количество...

|Maža didelių žinių kaina