aA
Почему БелАЭС - это ошибка, что в 90-х Валерий Цепкало обсуждал с Альгирдасом Бразаускасом в Литве, какими видит отношения между двумя странами, что будет с Лукашенко, если он не станет в очередной раз президентом Беларуси?

9 августа в Республике Беларусь состоятся выборы президента. По этому поводу портал Delfi начинает цикл интервью с претендентами на этот высокий пост. Первым на связь с редакцией вышел один из лидеров предвыборной гонки, если верить онлайн-голосованию. Валерий Цепкало в утреннем эфире ответил на вопросы Дмитрия Семенова.

- Валерий Вильямович, 3-его июня стало известно, что действующий президент Александр Лукашенко распускает правительство. Как вы считаете, чем вызван такой шаг?

- Трудно сказать, насколько он является обоснованным. В соответствии с Конституцией Беларуси, правительство в любом случае должно автоматически уйти в отставку. Это не зависит от того, кто придет к власти, включая действующего президента. Правительство, которое будет назначено в ближайшее время, проработает максимум два месяца. Сложно сказать, какие результаты можно продемонстрировать за такой короткий период.

- Возможно, правительство, по мнению Лукашенко, просто не справилось со своими обязанностями в период пандемии коронавируса? Вы не рассматриваете такую версию?

- За период его правления уже было восемь или девять составов правительств, которые не справились со своими задачами. На самом деле, здесь нет ничего нового. Время от времени каждое правительство не справляется со своей задачей и отправляется в отставку.

- Как бы Вы действовали на месте президента в условиях пандемии? Какие бы меры в области экономики предприняли? Вообще вы признаете коронавирус проблемой и опасностью, поскольку мы знаем, какова позиция нынешнего президента Беларуси?

- Безусловно, это не просто какой-то фетиш, придуманная пандемия, болезнь. Это действительно реальная проблема, которая уносит жизни большого количества жителей, включая людей более старшего поколения, и тех, кто имеет различные хронические заболевания. Государство не должно игнорировать этих людей. Наоборот, оно обязано бороться за каждого человека, независимо от его социального положения, возраста и сопутствующих заболеваний. Мы видим, что в странах Европы, Азии не создают различия между людьми. Они борются за жизни каждого человека. Мне кажется, этот момент чрезвычайно важен и демонстрирует разницу подходов, которые существуют в странах Запада и Востока, в сравнении с Республикой Беларусь.

- Вы сторонник западного подхода к этой проблеме, как я понимаю?

- Кризис - это не только опасность. Это еще и возможность для политических элит большинства стран мира продемонстрировать, что налоги, которые граждане платят в нормальный период роста, не тратятся зря. Это возможность показать, что государство в нужный момент готово подставить плечо своим гражданам. Насколько обоснованы такие мероприятия были в период этого коронавирусного кризиса, мне сложно судить. Однако, совершенно точно могу сказать, что это правительство является ответственным перед своими гражданами, бизнесом. Мы видим, как люди, которые вынужденно оказались в изоляции, и бизнесы получают помощь со стороны своего правительства. Они также показывают и другие вещи, созданные в период экономического роста, который имел место практически во всех странах мира на протяжении последних 10-ти лет. Они демонстрируют возможность удаленного образования, консультирования пациентов, телемедицины. Они имеют средства на обработку общественных мест. В Республике Беларусь мы увидели, что ничего этого нет. Нет средств на поддержку наших людей и бизнеса. Именно поэтому была избрана такая стратегия - не признавать существование кризиса.

- БелАЭС - еще одна тема, которая является актуальной в последнее время, особенно в Литве. Наша позиция заключается в том, что электроэнергия АЭС в Островце через Литву не пройдет. Как вы собираетесь решать это противоречие?

- Я пока могу сказать одно, что строительство атомной электростанции стало большой ошибкой. Нужно было идти путем развития альтернативных источников энергетики, в которых у Беларуси есть ресурсы. Это солнечная, ветро- и, построенная на сжигании отходов от переработки древесины, энергетика. В конце концов это модернизация уже существующих теплоэлектростанций, поскольку зачастую мы пользуемся оборудованием, котлами, произведенными в период СССР. Сама по себе модернизации, которая бы подняла коэффициент полезного действия существующих ТЭС, могла бы почти в два раза увеличить выработку электроэнергии в Республике Беларусь.

Мы почему-то делаем ставку на энергоемкие, материалоемкие производства, не имея собственной энергетики и материалов. У нас нет ни каменной, ни железной руды, которая требует много энергии для переработки. Что касается атомной электростанции, то в Республике Беларусь нет таких технологий. Это значит, что мы вынуждены их импортировать, как и сырье, поскольку урана и возможности его захоронения у нас также нет. Что делать с атомной электростанцией, я пока не представляю. Насколько я знаю, существуют проблемы не только в том, чтобы произвести эту электроэнергию, но и в том, чтобы ее накапливать, сохранять и передавать потребителю. В любом случае, сложно сказать, как конкретно поступать с именно сейчас. На данный момент я не обладаю достаточной информацией в отношении того, как и куда собираются транспортировать эту электроэнергию, каким образом ее будут накапливать. В любом случае цена на нее не будет дешевая, поскольку мы должны отдавать 10 млрд долларов за импортные технологии и расплачиваться за уран, которого у нас нет.

- Считаете ли вы проблемой ресурсозависимость Беларуси от России? И какие пути решения видите, если считаете это проблемой?

- Да, ресурсозависимость от России у нас есть и будет. Я не считаю это серьезной проблемой. Дело в том, что нынешняя структура экономики, которая существует в нашей стране, предполагает и обусловливает эту зависимость от российского сырья. Мы будем строить экономику знаний, развивать интеллектуально емкое и чистое производство, которое не требует затрачивать большое количество энергии. Мне кажется, это правильным. Те производства, которые будут требовать много материала или серьезного потребления электроэнергии, было бы правильно размещать на территории Российской Федерации. В таком случае, для наших интеллектуально емких и сборочных производств будет гораздо выгоднее закупать комплектующие в России и других странах мира, где электроэнергетика и сырье дешевле.

- Стоит констатировать, что отношения между нашими странами в последние годы являются натянутыми. Чтобы Вы принципиально поменяли во взаимоотношениях с Литвой? Ведь были времена, когда мы входили в состав одного государства ВКЛ.

- Сегодня у нашей страны хорошие отношения существуют только с парочкой государств, например, Иран, Венесуэла, Никарагуа. Нам обязательно нужно наладить хорошие и дружественные отношения с Россией, которые испортились за последние полгода. Нужно полностью восстановить добрососедские отношения с Латвией, Литвой и Польшей. Развивать хорошие связи с Германией, Великобританией и Соединенными Штатами Америки.

У нас, насколько я помню, в 94-ом или 95-ом году был подписан договор о партнерстве и сотрудничестве с Евросоюзом. Исходя из развития сложной внутриполитической ситуации в Беларуси, он не был ратифицирован рядом европейских стран. Это партнерство открывало возможность для белорусских товаров на достаточно льготных условиях поступать в Евросоюз.

С Соединенными Штатами также действовал режим наибольшего благоприятствования в торговле и обобщенной системе преференций. Он позволял белорусским компаниям и производителям входить в американский рынок, поставляя продукцию без серьезных таможенных пошлин. Когда у нас внутриполитическая ситуация начала развиваться по наклонной вниз, Американская ассоциация профсоюзов отменила данный режим.

Безусловно, мы видим Республику Беларусь демократичной страной, где будут восстановлены все стандарты, в соответствии со всеобщей декларацией прав человека и другими международными обязательствами, в том числе и в рамках ОБСЕ. Я вижу, что в таком случае, диалог со странами, которые сейчас рассматривают нас, как определенную черную дыру на карте Европейского континента, будет проходить более продуктивно и понятно.

- В июне должен был состояться саммит Восточного партнерства, который из-за пандемии был перенесен на вторую половину года. Исходя из вашего ответа на мой предыдущий вопрос, я прихожу к выводу, что перед вами не стоит дилемма “Запад или Россия”. У вас ориентация и на Запад, и на Россию?

- Совершенно верно. Я считаю, что мыслить в категориях “или”, не современно для сегодняшнего глобализированного мира. Да, есть Россия, которая для нас является очень близким соседом и культурным партнером. На уровне психологического стереотипа у нас нет ощущения, что приезжая в Россию, мы разговариваем с иностранцем и наоборот. Эта культурная близость, конечно, определяет наши особые отношения. Безусловно, мы также должны вести активный диалог и с Западом. Беларусь должна соответствовать тем демократическим стандартам, которые там существуют, поскольку мы относимся к двум цивилизациям. Вы упомянули ВКЛ. Это княжество действительно относилось в качестве культурного феномена и к западной, и к восточной цивилизации. Я думаю, что в этом предопределена белорусская судьба. Мы будем размышлять и действовать не в категориях “или”, а в категориях “и-и”.

- Могу только отметить, что многие белорусы в Вильнюсе чувствуют себя, как дома.

- Мы действительно очень близки. Я люблю приезжать в Вильнюс. У меня есть там свои любимые рестораны, я обожаю гулять по старому городу. Когда еще Вильнюс не был реконструирован, у меня состоялось несколько встреч с Бразаускасом. Мы тогда говорили о том, каким образом он видит реконструкцию Вильнюса, восстановление культурного наследия. Тогда в 90-ых годах это казалось фантастикой.

- Вернемся к делам белорусским. Как я уже говорил, вы являетесь одним из лидеров, согласно голосованию на популярных онлайн-площадках. Вы занимаете третье место. Лукашенко в свою очередь совершенно не пользуется популярностью. Стал ли этот факт неожиданным лично для Вас и было ли такое прежде в истории постсоветской Беларуси?

- Я с определенным скепсисом отношусь к голосованию на онлайн-площадках. Дело в том, что у каждого средства массовой информации есть своя аудитория. Если бы эту онлайн площадку организовывала, скажем, газета “Советская Белоруссия”, то, наверное, результаты голосования были другие. Это зависит от контингента читателей, который отличается от тех же TUT.BY или Onliner. Безусловно, это является для меня приятным фактом. Мы набираем обороты и это важно, ведь наша компания длится всего три недели. То, что мы уже сегодня одни из лидеров этой гонки, не может не вызывать удовлетворение. Это дает нам дополнительный стимул двигаться дальше в политическом процессе.

- Вы говорите, что скептически относитесь к онлайн-голосованию. Даже, если мы отбросим онлайн-голосование, то видим, что люди массово часами стоят на улице в очередях, чтобы поставить подписи за оппонентов. Чем это вы объясняете? Видна ли какая-то уличная активность у сторонников Лукашенко? Они вообще есть? Проявляют как-то себя?

- Действительно ни в 2015, ни в 2010 году такого не было. Люди выстраиваются в очереди и стоят часами, чтобы отдать подпись за оппонента существующей власти. Это, конечно же, является серьезной демонстрацией роста гражданской активности белорусского населения. Можно сказать, что это пробуждение гражданского общества. Это не может не радовать. Что касается активности сторонников существующей власти, то ее не видно. Я не видел ни одного пикета в поддержку действующего главы государства. Ими используется в основном административный ресурс. Подписи собирают прежде всего на государственных предприятиях, заводах, школах и других учреждениях. Ему в принципе не нужно собирать эти пикеты, поскольку существует серьезный административный ресурс. Мы понимаем его определенную эффективность.

- Почему Вы и ваши коллеги не поднимаете вопрос дальнейшей судьбы Лукашенко? Ведь не секрет, что он сажал своих прямых оппонентов, было много публикаций об исчезновениях людей и обвинений в убийстве руками спецслужб. Что делать с этим наследием? Забыть или расследовать, придать общественной огласке?

- Моя абсолютная убежденность заключается в том, что мы должны дать ему возможность вести нормальный образ жизни. Такой, как ведут большинство белорусов, заниматься своими хобби. Если нравится выращивать арбузы или козочек, он может этим спокойно заниматься. Если он хочет преподавать, то пусть занимается преподавательской деятельностью. Он может консультировать другие страны. Я, например, был консультантом правительства Саудовской Аравии, Узбекистана, Азербайджана, Грузии по созданию инновационных инфраструктур. Возможно, он также будет востребован в плане консультационных услуг со стороны каких-то стран. Он является гражданином и должен иметь возможность продолжать жить жизнью нормального человека, гражданина Республики Беларусь.

- Вы в далеком 94-ом году возглавляли предвыборный штаб Александра Лукашенко…

- Нет, это не так! Я его не возглавлял.

- Во всяком случае вы имели отношение к нему?

- Имел. В то время это была команда людей, которая хотела бороться с коммунистической номенклатурой, хотела перемен. Мы тогда действительно шли одной командой и были абсолютно убеждены, что если победим, то будем двигаться по пути модернизации, развития. Какие-то хорошие вещи в первые годы действительно происходили. Тогда мы не думали о том, что будет изменена Конституция, будут до бесконечности продлеваться сроки полномочий.

Мое глубокое убеждение, что мы должны абсолютно точно, совершенно железно восстановить два срок пребывания у власти. Это действительно, огромный период времени, за который можно много чего сделать. Мы в этом году отмечали 75-летие окончания Второй мировой войны. Посмотрите, вдумайтесь. За четыре года началась и закончилась Великая война. Еще за четыре года было практически восстановлено, разрушенное войной в Беларуси, народное хозяйство. Были построены современные проспекты, которые сейчас являются архитектурной гордостью города Минска, и ряд автомобилестроительных предприятий. Минск практически приобрел те очертания, которые он имеет сегодня. Это все было сделано всего лишь за восемь лет. Так что десять лет является колоссальным сроком.

Мне кажется, что если вы можете сделать что-то выдающееся всего за пять лет, вам народ поверит и изберет еще раз. Даже если и за следующий период времени вы улучшили положение страны, то все равно должны уйти. Вам должны сказать “До свидания!”. Занимайтесь консультированием, помогайте, давайте знания, делитесь своим опытом со следующим руководителем государства.

Изменения - это хорошо! Сегодня я абсолютно убежден в том, что условием прогресса и развития является наша постоянная готовность к изменениям, трансформации. Мы должны менять себя, общество и, конечно же, власть.

- Я как раз хотел спросить о том, когда и почему произошло разочарование в Лукашенко. Будем считать, что ответ прозвучал.

- Дело не в разочаровании. Дело в том, что любой человек, какой бы он не был, находясь у власти очень длительный период времени, теряет связь с жизнью. Он будет становиться совершенно другим. Здесь нужно понимать, что Лукашенко 94-ого и 2020-го года через 26 лет - это совершенно другой человек. Именно поэтому, изменение власти является обязательным условием прогресса государства и общества.

- Лукашенко недавно вспомнил нашего предыдущего президента Дали Грибаускайте, когда размышлял о том, что Беларусь пока не готова к президенту-женщине. В качестве примера он как раз привел ее. Вы достаточно часто появляетесь на публике, встречах с избирателями вместе со своей супругой. Это ваш осознанный пиар-ход, чтобы быть антиподом Лукашенко?

- Да нет, просто она действительно мне помогает. Она имеет большой опыт управления в одной из крупнейших международных корпораций, где отвечает за большой регион, работу с партнерами из Украины, Закавказья, средней Азии и даже Монголии. В ее сферу ответственности входит около 15-ти стран. Это предполагает менеджерские навыки, способность правильного планирования времени и управления. На данный момент такие профессиональные навыки нам очень важны, поскольку кампания скоротечная. По Конституции, в Республике Беларусь на формирование инициативной группы выделено два месяца. В реальности нам дали всего лишь одну неделю, конечно, я свою компанию и команду формирую налету.

Что касается высказывания Лукашенко, то пусть он сам даст ему оценку. Для меня современным образцом женщины в роли политического лидера является канцлер Германии Ангела Меркель. Она прекрасный политик и организатор. Я не встречал ни одного немца и человека за рубежом, который бы к ней плохо относился. Это действительно потрясающий феномен. Мне кажется, что женщина в политике действительно может быть не менее, а иногда даже и более эффективна, чем мужчина.

- В Литве живут, учатся и работаю очень много ваших соотечественников. Их большое число читают и смотрят наш портал, поэтому в конце я бы попросил Вас обратиться к ним. Давайте представим, что вы на дебатах и у остались заключительные пол минуты. Почему белорусы в Литве должны отдать голос за Вас?

- Я пока не призываю! У нас по законодательству запрещена агитация. Агитировать можно будет только после регистрации в качестве кандидата в президенты. На данный момент идет период сбора подписей. Я могу рассказать о себе, о своих политических и экономических взглядах. По закону я не имею права агитировать, поэтому предлагаю перенести этот вопрос на более позднее время.

Теперь самые свежие новости о Литве можно прочитать и на Телеграм-канале Ru.Delfi.lt! Подписывайтесь оставайтесь в курсе происходящего!

ru.DELFI.lt
|Populiariausi straipsniai ir video

TOP новостей

В Литве проходит второй тур парламентских выборов  до 13 ч. проголосовали 15,06% (103)

В воскресенье в Литве проходит второй тур...

За последние сутки в Литве установили 415 новых случаев коронавируса  скончались еще 5 человек (7)

За последние сутки в Литве установили 415 новых случаев...

Депутат парламента Литвы сообщил о положительном тесте на коронавирус (7)

Депутат парламента Литвы "крестьянин" Валериюс...

|Maža didelių žinių kaina