aA
С тех пор, как множество литовцев отправилось в Норвегию на заработки, об этой стране в Литве узнали и заговорили практически все. И не только о столице Осло, но и о местных рыбных заводах, нефтяных платформах, службе по помощи и поддержке детям и т.д. А вот в Норвегии о Литве знают по-прежнему далеко не все. Проведенный DELFI опрос жителей в Ставангере говорит о том, что многие тут даже не знают, что столица Литвы – Вильнюс.
Stavangeris, Norvegija / N. Zverko nuotr.
Stavangeris, Norvegija / N. Zverko nuotr.
© DELFI

В целом иммигранты составляют 14% населения Норвегии. Вместе с детьми этот процент составляет 17%, свидетельствуют последние данные SSB (Статистическое управление Норвегии).

Общее число иммигрантов в Норвегии составляет 916 625 человек, в то время как в целом население Норвегии достигло 5,3 млн. человек.

SSB сообщило, что число иммигрантов в стране (иммигранты и их дети) за прошлый год выросло почти на 32 000 человек.

49% иммигрантов приехали в страну фьордов из других европейских стран, в основном из Польши, Литвы и Швеции. Еще 47% имеют корни в странах Азии и Африки.

"Литва? Это Россия?"

Литва в этом году отметила 100-летие восстановления государственности. С этой датой страну поздравляли соседи, однако рядовых жителей нефтяной столицы Норвегии Ставангера, который находится в двух часах лёта от Литвы, это практически не коснулось. За редким исключением, они с трудом представляют себе, где и чем живут литовцы.

Солнечный осенний день в Ставангере. Жители и туристы с зашедшего в город туристического лайнера греются на солнышке у залива в центре города, демонстрируя осенние новинки сезона — кроссовки, ветровки, рюкзаки. Трое мужчин, отец и двое сыновей, перекусывают на скамейке хотдогами.

Надо сказать, что норвежцы не слишком охотно общаются с незнакомыми людьми, а уж с незнакомыми журналистами тем более. Тут нужен подход, но и он не гарантирует успеха.

Подхожу, представляюсь. Услышав, что я интересуюсь их мнением о Литве, трое мужчин приходят в замешательство, и, пока я говорю с молодыми людьми, отец быстро ретируется якобы за новой порцией хотдога.

"Литва? Нет, я никогда не бывал там и смутно представляю, какая у нее столица. Хотя, постойте, я знавал одного литовца, мы работали с ним в одном баре. Это был приятный человек, ничего не могу сказать плохого", - говорит 28-летний Олаф. На вопрос о том, не появилось ли у него желания посетить Литву, он ответил отрицательно.

Его 20-летний брат ничего не мог сказать ни о Литве, ни о Вильнюсе, да и литовцев в своей жизни он еще не встречал.

Заговариваю с расположившейся неподалеку после велосипедной прогулки парой — мужчиной и женщиной. Мужчина с очевидным отчаяньем отреагировал на мои призывы поговорить о Литве и в итоге оставил и свою спутницу, и велосипед, поспешив в бар за кофе.

"Как-как вы говорите? Литвония? Повторите еще раз, здесь так шумно. Ах, Литва, да, да, я знаю, это Россия?", - поинтересовалась Кирсти, которой недавно исполнилось 72 года. На мои слова о том, что это независимое государство, собеседница смутилась.

"Вильнюс? Ах, да, я ведь была в Вильнюсе, да, теперь я вспоминаю, мы вместе с мужем были в туристической поездке по всем балтийским странам. Мы любим путешествовать. Я помню, мне очень там понравилось, но я не могла попробовать ни литовский холодный борщ, потому что не могу есть свеклу, ни цеппелины, потому что не ем картошку. У меня диабет, вот в чем проблема", - сказала она.

К нам присоединяется ее ровесник Ойвинд, он слышал не только о Литве и ее борьбе за независимость, но и о Витаутасе Ландсбергисе.

"Я уже на пенсии и интересуюсь политикой, я знаю, что вы долго боролись за независимость и знаю вашего первого президента, а также то, что сейчас у вас президент женщина", - реабилитировал он своих соотечественников в моих глазах и поспешил по делам.

Еще одна пожилая женщина, которая не захотела представиться, сказала, что также не знает, какой город является столицей Литвы, но добавила, что литовцы довольно часто работают в местных закусочных.

"Литовцы неплохие люди, но очень напряжены, редко улыбаются. Они знают норвежский язык, но, видимо, им сложно понять ставангерский диалект, и они прилагают максимум усилий, чтобы разобрать нашу речь. У меня создалось впечатление, что ставангерский диалект им напоминает немецкий язык, а к немецкому языку и немцам они плохо относятся из-за войны. Но это они зря. Во-первых, наш язык очень отличается от немецкого, а во-вторых, мы тоже боролись с фашизмом", - развила она историческую парадигму.

Подхожу к трем норвежцам, сидящим рядом с рестораном бургеров. "Извините, можно задать вопрос?", - начинаю я издалека. "Нет", - без всяких витиеватостей отрезают двое из них. "Нет, мы сами туристы тут, только приехали из Осло и ничего тут не знаем", - поясняют они. Я собираюсь уходить, как третий сидящий на лавке молодой человек говорит: "Я местный, можете у меня спросить".

После того, как я представляюсь, краем глаза вижу, что туристы, сидевшие до этого уставшие и поникшие, резко взбодрились и моментально исчезли с насиженного места.

Молодой человек смущается, но не отказывается поговорить о Литве.

"Да, я слышал о Литве, это Балтийская страна, но постойте, какая же у нее столица?", - смеется он, пытаясь вспомнить. Он наполовину норвежец, наполовину пакистанец, вырос в Ставангере, любит путешествовать.

"Как-то, несколько лет назад, я был в туристическом круизе, наше судно заходило в Польшу и Ригу. Но я не был в Литве, поэтому смутно представляю, что это такое", - рассказал он. По его словам, он работает в гостинице, где трудится немало литовцев.

"У нас на ресепшене работает литовская женщина. Она в Норвегии три года и прекрасно говорит на норвежском языке. Очень приятная женщина, умеет общаться с людьми, иначе бы она не получила бы эту работу. У нас в целом очень интернациональный коллектив, работают и поляки, и русские, и должен сказать, что восточно-европейцы особенные люди, очень теплые, очень душевные", - сказал он.

Ассоциация: времена меняются

Председатель совета литовских общин Норвегии Лина Балтруконене в интервью DELFI отмечает, что молодые и не интересующиеся политикой люди, вероятно, знают Литву хуже, и даже Ригу могут назвать литовской столицей.

"На самом деле это довольно обычное дело. Однако, кто такие литовцы, они обычно знают. Мнение о литовцах часто позитивное, литовцев они считают мастеровитыми, трудолюбивыми, хорошими работниками. Конечно, многие думают, что литовцы работают только в строительстве и в сельском хозяйстве. Это отчасти правда, но далеко не вся. Некоторые норвежцы могут упомянуть, что литовцы часто проходят по уголовным делам, но сейчас это случается редко, возможно, потому, что в прессе нет эскалации. Времена изменились, хотя десятилетие назад все было по-другому", - отмечает Л. Балтруконене.

Она констатирует, что норвежцы, знакомые с литовцами, интересуются Литвой и с удовольствием отправляются в Вильнюс на выходные, на море летом и возвращаются с хорошими воспоминаниями о литовских ресторанах, услугах салонов красоты, льняных изделиях, хорошем обслуживании, а также красивой природе и дружелюбных людях.

"Теперь меня не удивляет и то, что норвежцы помнят В. Ландсбергиса и прежние времена, когда Литва только становилась на ноги и когда В. Ландсбергис получил альтернативную Нобелевскую премию мира", - говорит глава ассоциации.

Она отмечает, что о столетии Литвы говорят все литовские общины Норвегии, а их много — более десятка по всей стране. Но проблема в том, что говорят они в основном по-литовски, и информация до рядовых норвежцев элементарно не доходит.

"Но есть и общие с норвежцами мероприятия, например, праздники цеппелинов в Ругаланне, и такие многолетние инициативы, как, например, Дни кино стран Балтии, которые посещают многие норвежцы и представители других национальностей. Это мероприятие проводится уже более 15 лет и в этом году пройдет не только в Осло в октябре, оно также состоялось в сентябре в Кристиансанде, на юге Норвегии", - говорит Л. Балтруконене.

Она отмечает, что с мероприятием помогает бывший директор Института кино Норвегии Ян Эрик Хольст, автор книги о сотрудничестве в области кино стран Скандинавии и Балтии, а помогающая с организацией Дней кино в Кристиансанде Хеге Буман Грундешон является автором книги о стремлении к независимости стран Балтии и отношениях этих стран с Норвегией.

"Когда я переехала в Осло 10 лет назад я лично на себе испытала различные реакции норвежцев. В прошлом меня часто спрашивали, работает ли мой муж в строительстве. Меня это удивляло, потому что мой муж работал в области телекоммуникаций и не имел никакого отношения к стоительству, и я даже интересовалась, почему они так думают. Но это были просто стереотипы, у нас у всех их много.

Сейчас мне часто необходимо представляться не только литовкой, но и представителем литовской общины, а литовцы в Норвегии - вторая по величине группа иммигрантов после поляков. На третьем месте - шведы. Многие люди удивляются, когда упоминаешь этот факт, потому что литовцы не создают впечатление многочисленности, не часто появляются в прессе или публично. Я думаю, это связано с тем, что литовцы разбросаны по всей стране и не концентрируются в каком-то регионе", - заключила Председатель совета литовских общин Норвегии Лина Балтруконене.

TOP новостей

Жители Литвы сказали, о какой пенсии мечтают: в реальности все будет не так (23)

Большая часть жителей Литвы была бы рада, если бы...

Если под автомобилем останется хотя бы капля масла, ждет большой штраф (49)

Внимательные прохожие без труда заметят, что на...

В закрытой на карантин гостинице на Тенерифе – три гражданина Литвы (2)

В закрытой на карантин гостинице на испанском острове...