Эгле и Гинтарасу Кручинскасам вернули детей только после того, как они согласились со всеми довольно жесткими требованиями, выдвинутыми Службой по защите прав ребенка.
Eglė ir Gintaras Kručinskai
© DELFI / Rafael Achmedov

Сейчас каунасцы уверяют, что постоянные визиты специалистов по правам ребенка расстраивают детей, а курсы позитивного отцовства и материнства – не дают никакой пользы. Кручинскасы решили больше специалистов домой не впускать и курсы не посещать.

Правда, Государственная служба по защите прав ребенка об этом еще не знает – соответствующий документ будет передав 11 или 12 декабря.

Кручинскене сказала, что дети, особенно мальчик, отрицательно реагируют на появление специалистов.

"Когда дети вернулись домой, мы заметили, что сын стал странно реагировать на людей – он стал кричать им в лицо, а когда домой приходят социальные работники, он кричит на них, бросается игрушками. Мы обязаны отчитываться, где были, в чем участвовали. Когда мне надо поговорить, дети рвутся в комнату, хотят прогнать. Дети знают, что к нам раньше посторонние люди не приходили. Они понимают, что мы с мужем нервничаем, когда приходят социальные работники. Дети это чувствуют. После этих визитов дети до вечера не могут успокоиться, говорят о полиции", - сказала DELFI Кручинскене.

По ее словам, дети во время таких визитов боятся, что их заберут.

"Дочка всегда говорит о тетях, которые не разрешили вернуться к папе и маме. Дети беспокоятся. Мы решили, раз дети так реагируют, встречаться со специалистами на улице. Мы не отказываемся общаться, но не хотим, чтобы эти люди заходили в дом. Не хотим и посещать курсы, они нам ничего не дают. Мы интересовались, читали их книги. Там все одно и то же – для нас это неприемлемо", - сказала Кручинскене.

Она не скрывает, что пошла на поставленные условия ради возвращения детей.

"Мы живем в страхе. Нам тогда на заседании сказали: мы вам отдали детей, но можем их снова забрать. Все равно мы живем в постоянном страхе. Ходят они или нет, все равно есть опасность. Я согласилась с их условиями, они сказали, что мы должны перевоспитаться, будут учить нас позитивности. Я им ответила: я мама, у меня есть своя голова. Я не знала об этом законе, не знала, что нельзя даже минимально приструнить ребенка", - сказала Кручинскене.

Она также считает, что курсы позитивного отцовства и материнства не дают никакой практической пользы.

"О курсах я им сказала, что поинтересуюсь, но я ничего из того, что там слышу, не могу применить на практике, все эти их медитации. Меня волнует практика, чтобы дети знали границы, которые сейчас разрушены. Наш авторитет в глазах детей был сведен на нет. Мы будем искать способы воспитания, создания безопасного окружения. Мы будем прилагать усилия, я много читаю, беру у них литературу, но многое там бесполезное. Я буду общаться с мамами и думать, как это делать. Я сразу сказала, что если система будет неприемлемой, недействующей, я ее применять не буду", - сказала женщина.

"Во вторник мы представим официальное письменное заявление с подписями, укажем, что дети беспокойны, что курсы бесполезны. Кроме того, мужчинам вообще там появляться аморально, выслушивать рассказы выяснениях отношений с матерями... Там все сидят только потому, что вынуждены это делать. Их интересует другое – как поесть и другое, а слезы матерей не для них. У нас есть документ и сегодня мы хотим его передать – с сегодняшнего дня в дом мы их не впускаем", - сказала DELFI Кручинскене.

DELFI напоминают, что расследование по делу Кручинскене было завершено 13 ноября. В отношении отца расследование было прекращено, а матери придется ответить за нарушение общественного порядка.

Напомним, что вся Литва следила за историей Кручинскасов, у которых забрали двоих детей и передали их опекунам за то, что мать во время прогулки шлепнула 2-летнего сына по попе и ударила по рукам. Полицию вызвали прохожие. Детей родителям вернули почти через месяц.