Чтобы вылечить туберкулёз, нужно есть щенка, сваренного в крупяном супе. Именно такой рецепт народной медицины белорусские исследователи Михась Тарелко и Ирина Сынкова обнаружили несколько лет назад в рукописном лечебнике белорусских татар.
Учёных заинтересовал не данный средневековый способ лечения туберкулёза — народной фармакопее известны и более экзотические способы поправки пошатнувшегося здоровья – а сам лечебник, написанный на старобелорусском языке арабской вязью. Такие памятники татарской литературы вот уже пятьдесят лет изучает зародившаяся пятьдесят лет тому назад в Вильнюсском университете наука китабистика.
© Sputnik / Scanpix

«Китаб» по-арабски значит «книга». Именно так называются рукописные книги татар, проживающих на территориях, входивших ранее в состав Великого княжества Литовского. Здесь татары оказались более шести веков тому назад: в 1397 году великий князь Витовт, осуществляя внешнеполитические решения, пригласил бывшего хана Золотой Орды Тохтамыша с семьёй, приближёнными и войском переселиться в ВКЛ.

Переселенцы облюбовали окрестности Тракай, берега реки Ваки, а также часть столицы. Вскоре они смогли отблагодарить новых соседей за гостеприимство: во время Грюнвальдской битвы магистр Тевтонского ордена Ульрих фон Юнгинген пал от татарской руки.

Со временем великокняжеские татары стали забывать родной язык. Чтобы сохранить веру, культуру и обычаи, они начали создавать рукописные книги, написанные арабской вязью на старобелорусском, а позднее – и на польском языке. Одну такую рукопись в 1915 году имам Степан Полторакевич из деревни Сорок Татар подарил белорусскому коллекционеру древностей, одному из отцов белорусской государственности Ивану Луцкевичу.

В 1921 году, вскоре после смерти Ивана Луцкевича, его брат Антон превратил коллекцию в музей, просуществовавший до 1945 года. В 1942 году сотрудник Виленского белорусского музея имени Ивана Луцкевича Антон Антонович заинтересовался книгой, написанной, как выяснилось при помощи арабиста, на диалекте белорусского языка, характерном для окрестностей литовской столицы.

Изучению таинственной рукописи Антон Антонович решил посвятить всю свою жизнь. С этой целью он в возрасте 35 лет поступил на филологический факультет Вильнюсского университета. За 18 лет напряжённой работы исследователь подготовил монографию «Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система», ставшую, по мнению доцента Вильнюсского университета Галины Мишкинене, основным учебником для исследователей культурного наследия татар Великого княжества Литовского.

— Благодаря Антоновичу сформировалась отдельная область науки – китабистика, распространившаяся по всему миру, – заявила Галина Мишкинене во время проходившей в Вильнюсском университете в начале июня международной конференции «Сопряжение истории и культуры», посвящённой пятидесятилетию научной работы Антона Антоновича.

— Долгие годы автор фундаментального труда, юбилей которого мы отмечаем, работал на кафедре русского языка, преподавал для студентов-филологов в качестве второго славянского языка польский язык, таким образом продолжая традиции межвоенной полонистики Виленского университета, которые почти что были прерваны в нашем университете, – сказал руководитель кафедры русской филологии ВУ Павел Лавринец.

По мнению учёного, для изучения истории Великого княжества Литовского, Речи Посполитой просто необходимо владение несколькими языками, в том числе и одним из письменных языков ВКЛ. Наличие таких знаний и позволило Антону Антоновичу зародить новую область науки — китабистику.

Сюжет для приключенческого романа

Конференция в Вильнюсе: литовские татары и история Крыма без Крыма
© DELFI


Основными жанрами рукописей великокняжеских татар являются китаб — собственно книга, тефсир — перевод Корана с комментарием, хамаил — молитвенник. Впрочем, по сообщениям участников конференции «Сопряжение истории и культуры», научный интерес для китабистики представляют и мизары — старые мусульманские кладбища.

— Это же уму непостижимо: литовские татары создавали книги арабскими письменами на белорусском или на польском языке. Это – история для небольшого приключенческого романа, – выразил уверенность Павел Лавринец. – Члены кружка филоматов, в том числе один из них – знаменитый отец чилийской науки Игнацы Домейко, перевели Коран на польский язык, потом, спустя какое-то время, на основе сохранившихся отрывков этого Корана вышло несколько печатных изданий на польском языке, а потом их в Новогрудке или Гродно кто-то переписывает арабскими письменами на польском языке – фантастика!

По мнению учёных, китабы являются кладезем ценной информации для исследователей истории белорусского и польского языков, поскольку в них зафиксирован живой язык народа. В польском городе Торунь на базе Университета Николая Коперника уже пять лет действует Центр китабистических исследований.

— Это заслуга профессора Антоновича, – сообщил профессор Университета Николая Коперника в Торуне Чеслав Лапич. – Таким образом он объединил Торунь и Вильнюс. Географическое рассотяние значения не имеет: китабистические центры в Минске, Вильнюсе, Торуне контактируют, проводят общие исследовательские инициативы и несколько раз в году представляют результаты своих исследований.

Рукописное наследие татар ВКЛ вызывает неподдельный интерес и у исследователей-филологов из современного Крыма. Сотрудница Крымского инженерно-педагогического университета Лиля Меметова отмечает, что несмотря на общие исторические корни, культура литовских и крымских татар различается:

— Литовские татары сохранили татарское самосознание и арабскую графику, которой пользовались ранее крымские татары, и которая на сегодняшний день сохранилась в рукописных арабографичных текстах на белорусском и польском языках, – сообщила исследовательница. – Однако язык общения литовских татар не является татарским. Крымские татары, конечно же, по мере возможности, пытаются сохранить родной язык, родную культуру, литературу и, конечно же, не терять связи со своими историческими собратьями – литовскими татарами.

По мнению Галины Мишкинене, большой проблемой для литовских татар, впрочем, как и для всех народов, является ассимиляция в процессе миграции. Лиля Меметова полагает, что крымским татарам это не грозит:

— Крымские татары развивают свою культуру, – сказала исследовательница. – Проводятся различные мероприятия, праздники на различных уровнях. И в средних школах с изучением национального крымско-татарского языка, в которых есть национальные классы, и в высших школах проводятся мероприятия по сохранению культурного наследия, различные общественные организации заботятся об этом. Крымско-татарская культура на сегодняшний день развивается.

История Крыма без Крыма

По мнению источника, пожелавшего сохранить анонимность, перспективы развития крымско-татарской культуры на сегодняшний день далеко не радужные. Впрочем, лишь чёрными и белыми красками изобразить теперешнее положение коренного населения Крыма также нельзя.

На протяжении последних лет татарские дети в крымских школах получают образование на родном языке, но при этом ничего не знают о культуре и истории своей родины: национальный компонент, введённый в учебники составителями до 2014 года, в новых переводных учебных пособиях отсутствует, поэтому дети крымских татар изучают общую историю России, а вот историю родного Крыма им приходится познавать из уст соотечественников. Впрочем, программы ВУЗов изменения и нововведения пока не коснулись.

Смена власти отразилась на численности населения: началась сильная миграция. После оглашения списка запрещённых организаций многие выехали добровольно, пока их никто не тронул. Основными пунктами назначения крымско-татарских мигрантов являются Украина (туда выехал телеканал ATR после запрета властей на осуществление деятельности), а также Турция. На фоне продолжающейся эмиграции по религиозным мотивам в центре Симферополя строится Соборная мечеть.

За месяц до открытия Крымского моста в Симферополе начал действовать новый аэропорт. Правда, вылететь из него можно только в одну страну. Сам мост был сдан в эксплуатацию за два дня до годовщины депортации крымско-татарского народа (18 мая 1944 г. всё коренное население Крыма было выселено. Депортация крымских татар была официально признана неправовой и преступной лишь через 45 лет). Сейчас сами депортированные и члены их семей, по словам собеседника, имеют право вернуться на историческую родину. Однако перевозить с собой домашний скарб, как и в 1944 году, им не разрешается.

К 2020 году планируется завершить автотрассу «Таврида», которая соединит Севастополь и Керчь. Имеющиеся в наличии на сегодняшний день пути сообщения, по словам собеседника, не рассчитаны на те объёмы, которые им требуется вынести теперь.

Средства на строительство века добывались отовсюду: по словам источника, за каждым районом Крыма был закреплён определённый регион федерации, жители которого оказывали подопечным финансовую помощь средствами, отчисляемыми из собственной зарплаты. В данный момент полуостров переводят на самообеспечение. Впрочем, все проблемы своими средствами крымчанам решить не удастся: после перекрытия Северо-Крымского водоканала начались перебои с пресной водой. Из спешно пробуренных скважин поступает солёная вода — кругом море.

Простой народ пытается адаптироваться к новым условиям жизни. Несмотря на запрет митингов, в мечетях Крыма проходят молебны в память о значительных исторических событиях, крупных политических и культурных деятелях. Недавно таким образом крымчане почтили память лидера крымских татар, поэта, первого муфтия мусульман Крыма, Литвы, Беларуси и Польши первого председателя правительства Крымской народной республики Номана Челебиджихана, который 23 февраля 1918 г. был без суда убит революционными матросами в Севастополе.

Одно из стихотворений Номана Челебиджихана «Я поклялся...» стало национальным гимном крымских татар. Творчество поэта и сегодня является объектом изучения филологов: феномен Челебиджихана в истории крымско-татарской литературы был представлен на конференции «Сопряжение истории и культуры» в Вильнюсском университете.

Будущее китабистики

Отпразднует ли китабистика своё столетие? Ведь объект её изучения, китабы — ресурс исчерпаемый. Впрочем, по мнению белорусского исследователя татарских рукописей Михася Тарелко, лишь в Беларуси хранится около тысячи рукописных памятников литературы великокняжеских татар.

— Исследования будут вестись ещё много лет, – выразил уверенность Чеслав Лапич. – Мы каждый раз открываем новые памятники литературы. А когда завязывались мои контакты с профессором Антоновичем, нам были известны три-четыре тефсира и перевод Корана.

— Не источники иссякнут, потому что всё равно находятся новые рукописи, тексты, можно выйти на междисциплинарный уровень, очень много текстов мы еще не сравнивали, – сказала Галина Мишкинене. – Большая проблема, если мы не найдём учеников, тех, кто будет этим дальше заниматься. Вот тогда китабистика может умереть. До тех пор, пока есть надежда, что такие люди появятся из молодого поколения, хотя бы по всему миру три-четыре, можно надеяться, что китабистика сможет отпраздновать своё следующее пятидесятилетие.

— Я не думаю, что китабистика будет массовой филологической профессией, – поделился Павел Лавринец. – Но иметь в стране двух-трёх специалистов в этой области никогда не помешает.

Оставьте свой комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя, вы соглашаетесь с условиями
Читать комментарии Читать комментарии

Архиепископ Вильнюсский надеется, что погода не помешает визиту папы римского (5)

Архиепископ Вильнюсский Гинтарас Грушас надеется,...

Скрипачке не удалось спасти столетнюю липу (19)

20 сентября утром в деревне Вилканастрай...

В Индексе социального прогресса Литва опережает Латвию и Польшу (7)

Социальные условия в Литве лучше, чем в Латвии и...

TOP новостей

Марионетки Кремля: как ультраправые и правые в Европе играют со спичками Специально для DELFI (344)

Почему и каким образом Кремль сотрудничает с...