"Наверное, Бог хотел, чтобы я выжил". Так сказал единственный выживший во время Холокоста еврей из Шилале Рувин Зелегман. Ему удалось бежать, когда другой еврей укусил за горло стоявшего у ямы охранника.
© Vida Press

Образы, сохранившиеся в воспоминаниях Зелигмана, связаны с тем, что палачи, в целях экономии патронов, убивали детей, беря их за ноги и ударяя головами о деревья. От крови евреев покраснела вода в протекавшей неподалеку речушке. По словам Зелигмана, во всех экзекуциях и грабежах участвовал лишь один немец, остальные участники - белоповязочники, воевавшие против советской власти и перешедшие на сторону нацистов, это были граждане Литвы.

В Шилале перед Второй мировой войной большая часть жителей были евреи. Синагога была построена в 1910–1914 гг. на углу нынешних улиц В.Кудирки и Майронё. Сейчас в ней находится магазин Senukai.

Член Еврейской общины Литвы (литваков) Зелигман – единственный из 1500 евреев Шилале, выживший после Холокоста. В 1941 г., когда началась война, ему было 10 лет.

Хотя Зелигман уже давно не живет в Шилале, жемайтийский акцент в его речи все еще присутствует. Его жена тоже из Жемайтии, дома они говорят по-жемайтийски. "Дом моей семьи сгорел перед войной, горела вся улица, там были только деревянные дома", – вспоминает большой пожар 1939 года Зелигман.

– Каким Вы помните Шилале, где жила вся ваша семья?

– Тогда в Шилале 60% жителей были евреи. Мой отец был религиозным деятелем: хаззаном, моэлем, учителем и шохетом. Он учился в известной Тельшяйской иешиве. Он был уважаемым человеком, помогал жителям Шилале, поскольку разбирался в медицине, лечил больных. В семье было 4 детей. Мама занималась домом и детьми. Мы были состоятельной семьей, в то время у каждого из 4 детей было по золотой рюмке, мама на празднике доставала серебряную минору.

– Как соседи относились к евреям?

– В еврейской общине были и богатые и бедные евреи. Город был небольшим, но в нем было 10 еврейских магазинов: обувной, тканей, 2 мясных, продуктовые, в них всегда давали товары в долг. Я помню: по субботам торговцы не могли брать деньги, поэтому говорили: "Положи деньги и бери, что нужно". Все евреи говорили только на идиш, были такие, кто вообще не владел литовским, но мы, играя с литовскими детьми, выучили литовский. Я помню: после 4 класса, сдавал экзамен с литовцами, мы писали диктант. Я хорошо учился. Ходил в религиозную школу при синагоге, в одном помещении было 4 класса. В то лето я хотел отдыхать, намеревался учиться в 5 классе литовской школы. Сестра училась в гимназии.

– Расскажите о своей школе, как вы учились, какие были учителя?

– В религиозной школе преподавала женщина, она учила языку, в классе парты стояли в 4 ряда. Одна учитель учила всех одновременно, была строгой, иногда и по рукам и по попе била розгой. Ей непросто было сразу справиться с 4 классами. Бывало, даст задание, мы болтаем, а она ходит по классу с розгой. И я получал розги – один раз нечаянно разбил мячом окно.

– А как Вас воспитывали родители? Какие были обязательные правила?

– Семья была религиозной. Мы убирали, все приводили в порядок дома, а с пятничного вечера, с заходом солнца, – больше никаких работ – шаббат. Мама накрывала на стол, застилала его белой скатертью, всегда зажигала свечи, пекла халу, готовила рыбу и особое блюдо – чолнт (субботнее горячее блюдо, приготовленное из мяса, овощей, кнейдлах и фасоли). Мы носили его в пекарню. Там пекли хлеб, ставили горшок, чтобы он стоял в тепле, а в субботу утром по дороге домой из синагоги забирали и ели. И сейчас чувствую этот вкус.

Сейчас в синагоге иногда дают чолнт, но не то, в детстве его готовили из вкусной баранины, с морковкой. Мы пытались с женой дома приготовить, но получались грузинские чанахи (смеется).

– Когда в 1941 г. в Шилали пришли нацисты? Что было в городке?

– Поскольку Шилале находится недалеко от границы с Германией, немцы пришли в первый день войны, 22 июня. Люди пытались бежать, но не всем удалось. До войны в Шилале жили немцы, с которыми все хорошо ладили, поэтому никто не ожидал, что будет так страшно. Мы, дети, накануне ходили в советский гарнизон в Шилале смотреть кино, а когда утром проснулись - началась война. Мы пытались бежать, но далеко не убежали. Немцы догнали. Вернули.

– Изменилось ли отношение литовцев-соседей, когда в Шилале пришли немцы?

– Изменилось. Мы хорошо ладили с хозяевами, у которых арендовали полдома. Они хотели нас спрятать, но места не было. Немцы сразу начали издеваться над евреями, над мужчинами с бородой, отрезали бороды ножами, резали лица. Сразу появились и белоповязочники из соседних деревень, их было довольно много. Они были молодые, поселились в большом помещении пожарной части. Я знаю их фамилии, они есть в еврейской энциклопедии, изданной в Израиле. Меня в ней упоминают как спасшегося, а их как палачей, которые стреляли. Многие из них после войны сбежали в Германию, а оттуда - в Америку.

Моя сестра училась в гимназии, летом она хотела заработать и устроилась на телеграф телеграфисткой. Одноклассник пошел на почту и убил ее.

6 июля всех мужчин евреев согнали в синагогу, ночь белоповязочники забрасывали через окна гранаты. Отец был ранен, брат погиб, я спрятался в шкафу, мне удалось выжить. На следующий день нас погнали на еврейское кладбище, где были вырыты ямы. начали стрелять во всех, я видел, как в яму упал мой отец... В этот момент смотритель синагоги попросил одного охранника, чтобы тот дал ему перед смертью покурить. Охранник стал искать сигареты, а смотритель бросился на него и укусил его за горло. Началась суматоха, я спрятался за большими деревьями, а потом сбежал, перешел реку вброд и спрятался.

Так я один и выжил. Спрятался за речкой, лежал весь день и не знал, что делать. Вернулся домой. В этот момент пришел немец за нашим имуществом. Во всем участвовал лишь один немец, все остальные были белоповязочники – они и расстреливали, и имущество забирали. Белоповязочники уносили все: кровати унесли, поскольку они были красивые, золотые кубки, – все. Я начал кричать, они схватили большой отцовский нож и хотели меня зарезать, – я выскочил в окно и убежал. Не знал, куда бежать.

– Что было с Вашей мамой?

– Тогда женщины с детьми еще были живы. Я пошел к ним и жил там около месяца. В августе женщин и детей выгнали, заставили взять как можно больше вещей и погнали в Тубиняский лес, где были выкопаны две большие ямы. Гнали частями, не всех сразу. Стреляли. Деток брали за ноги и били головами о стволы деревьев, экономя патроны, потом бросали в яму. Там недалеко была речка, ее воды стали красными от крови. Там убили очень много людей.

– Вы остались один, что творилось у Вас в голове после пережитого?

– Я все видел, мне удалось бежать, наверное, Бог хотел, чтобы я выжил. Я был маленький, мелкий. Знал, что в Варняй у нас живут родственники, я лесами пробирался к ним, ночью спал в лесу. какое-то время я жил у родственников, но вскоре всех евреев согнали в Тельшяйское гетто. И я туда попал. Перед Новым годом я узнал, что гетто ликвидируют, женщины посоветовали мне бежать, некоторые бежали со мной. Я часто перелезал через забор и просил поесть. другим приносил еду. Гетто было в центре города. Я опять бежал.

Лесами я вернулся в Шилале, к Лашайтисам, где мы до войны арендовали жилье. Люди спасая меня, отдали меня в деревню, сначала в Йокубайчяй. Там, рядом с Шилале было опасно – поэтому я перебрался в Жвингяй, где прятался всю войну. Летом во ржи, зимой в клети. Никто меня не видел. Мои спасители – Повилас и Мариёна Стонкусы были награждены за спасение, стали Праведниками мира. Я прятался до октября 1944 года, дождался освобождения.

– Что было после войны? Вы были сиротой, кто Вам помог?

– Я вернулся в Шилале. Мне снова помогли Лашайтисы, договорились, чтобы меня приняли фермеры, проживавшие в 3,5 км от Шилале. Я помогал им по хозяйству. Начал учиться в гимназии. И после войны были люди, которых евреям надо было остерегаться.

После окончания школы я хотел продолжить учебу, но денег не хватало. Что поделать... Меня назначили учителем начальной школы в 8-летку, в 6-7 классе я преподавал математику и английский. Я был хорошим учеником, знания были, а учителей не хватало. Зарплату откладывал, работал год, дети меня любили. Жил в деревне, уроков было много, удалось скопить денег, через год я смог поехать учиться в Вильнюс.

Я поступил на физмат Вильнюсского университета, изучал физику. Через 5 лет окончил учебу, получил назначение. Вернулся в Шилале, преподавал математику и физику, вскоре меня послали в Вильнюс на повышение квалификации, там я год работал методистом, потом перешел на Завод счетных машин, стал инженером. В строительном техникуме 6 лет преподавал электротехнику. Встретил свою будущую жену, учителя английского языка. У меня хорошая жена, мы хорошо ладим. Наша дочь живем в Израиле. У меня есть два правнука.

Сейчас во всем мире проходит акция #WeRemember, в память о жертвах Холокоста. С 8 по 27 января (Международные дни памяти Холокоста) всех приглашают сфотографироваться с надписью We remember или Mes prisimename (Мы помним) и поделиться снимком в социальной сети с хештегом #WeRemember.

Оставьте свой комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя, вы соглашаетесь с условиями
Читать комментарии Читать комментарии

Синоптики предупреждают: ожидается сильный ветер

19 апреля в Литве фиксируют сильный ветер,...

На проспекте Конституциёс образовалась яма (1)

ЗАО Grinda сообщила, что на проспекте Конституциёс, у дома...

Медики озадачены планами правительства: нельзя платить врачам такие зарплаты (19)

На следующей неделе медработники планируют провести...

Мэру Вильнюса предложили убрать памятник советскому писателю Цвирке (103)

Комиссия Вильнюсского самоуправления предлагает...

TOP новостей

Мэру Вильнюса предложили убрать памятник советскому писателю Цвирке (103)

Комиссия Вильнюсского самоуправления предлагает...

Медики озадачены планами правительства: нельзя платить врачам такие зарплаты (19)

На следующей неделе медработники планируют провести...

Курильщиков ждут плохие новости: снова подорожают сигареты (16)

Вскоре бросить курить будет очень даже выгодно – с 2019...

Водителям Литвы готовят сюрприз: налог на автомобили (123)

Во многих странах есть разные налоги для...

После Brexit жителям Литвы будет сложнее эмигрировать в Великобританию (44)

В ходе переговоров по Brexit достигнут прогресс, однако...