Похвала балтийскому бунту

 (105)
Никаких формальных доказательств того, что рижскими и вильнюсскими бунтарями водила рука Москвы, не появилось - и с тем большим сладострастием российский телеэфир чередовал кадры бурного проявления балтийского народного гнева с заявлением президента Литвы Адамкуса о том, что все идет с востока. Россиянину предлагалось посмеяться, а заодно оценить экономическую прозорливость своего руководства и радость стабильности, при которой россиянину, как прежде советскому человеку, не может даже прийти в голову что государство в чем-то может быть перед ним виновато.
© DELFI (K.Čachovskio nuotr.)
Латвия и Литва в самом деле не лучшие примеры восточноевропейского рывка. В отличие, скажем, от Эстонии. Ее экс-премьер Март Лаар, вспоминая первую половину 90-х, не без гордости говорит: мы многому научились у Гайдара, но то, что у него не вышло и выйти не могло, вышло у нас.

Можно долго перечислять те меры, которые неуклонно проводил в жизнь Таллин и которыми пренебрегали Рига и Вильнюс. С тем же сельским хозяйством: Лаар как поставил себе задачей привести долю аграрного сектора в соответствие с европейскими пропорциями, то есть снизить до 4-6 процентов, так из этого и исходил, не обращая внимания на протесты крестьян. Латвия и Литва же ограничились передачей земли в частную собственность, забыв извлечь уроки даже из небогатого российского опыта, а балтийские земельные начальники советской выучки оказались ничуть не менее алчными, чем их коллеги на востоке.

И самое главное: латвийские реформаторы, озабоченные сохранением власти, просто не решились на радикальную реформу. А в Литве вечно социал-демократическое руководство, которое спустя восемь лет пребывания у власти перед самым кризисом сменили правые, такой задачи перед собой и не ставило - со всеми последствиями для чиновно-олигархических симбиозов. И когда рухнуло едва ли самое знаменитое предприятие Латвии - банк Parex, - стон стоял по всему постсоветью, от Украины и России до Казахстана, потому что латвийская финансовая империя была одной из самых эффективных "стиральных машин" во всей Евразии.

Все так. Однако справедливость любого утверждения зависит от точки отсчета. И если Эстония опережает Латвию и Литву, то в намного меньшей степени, чем Латвия и Литва – Россию и Украину. Последние годы в той же Латвии ВВП рос на 18 процентов в год, и отнюдь не за счет сырья: даже забавно, что критики латвийской власти как-то между строк роняют, что локомотивами экономики стали машиностроение и металлообработка. В 2008 году среднемесячная зарплата составляла 645 евро (в Эстонии – 788 евро), а пенсия – около 160 евро, что хоть и мало по европейским меркам, но все равно впечатляюще смотрится на российском фоне, где она весной прошлого года торжественно была доведена до 3 тысяч рублей.

Примерно так же все выглядит и в Литве, где средняя зарплата составляет 623 евро, но жизнь значительно дешевле. Здесь относятся к своей валюте не с такой гордостью, как в соседней стране, где нежелание вовремя девальвировать вечно двухдолларовый лат стал одной из причин стремительного финансового обрушения. Литва вообще поставила на эволюционную реформу, ее не так лихорадило, как Латвию, но и не было таких свершений, как в Эстонии.

Возможно, одно из самых существенных следствий такой политики и было продемонстрировано под стенами латвийского и литовского парламентов: пробуксовка в реформах обрекает власть на дополнительные социальные обязательства. Их еще худо-бедно можно исполнять в спокойное время – и к этому привыкают, но становится совсем не до них, когда начинает трясти весь мир. Антикризисные меры не бывают приятными, но таким странам, как Латвия и Литва (и, кстати, руководимая социалистами Болгария), приходится расплачиваться в первую очередь именно социальными завоеваниями эпохи спокойствия. А социальным в этой ситуации становится все, даже поднятие НДС на 3 процента, как в Латвии.

И если здесь опять увидят сходство с Россией, то нужно уточнить некоторые нюансы. Да, на митинги выходят не сливки общества, и уж тем более не лучшие его представители бьют витрины. Социальный протест зачастую вообще сводится к требованию вернуть халяву, что безусловно большой политический ресурс для каждого, кто умеет им пользоваться. И совершенно понятно то злорадное упоение, с которым доносят до нашего человека подобные новости – как некогда в советской рубрике "В зеркале двух миров". Понятно, у нас митингуют только пенсионеры и автомобилисты, которых бьют как "несогласных".

Но дело не только в ОМОНе. Живописуя балтийские протесты, российская власть естественным образом упускает одну деталь, которая так же органично ускользает от нашего патриотического зрителя: как бы ни относились протестующие к своему государству, они исходят из того, что оно ответственно. Пусть за ошибки, пусть за химеры, пусть даже за халяву, которую так легко принять за европейские социальные гарантии. И любое требование к государству, которое не надо путать с революцией, основано на вполне цивилизованной уверенности в том, что государство, как ни крути, своему гражданину должно. Поэтому социальный каприз в жанре голодного бунта – это не только издержка демократии, но и ее признак.

Формула же нашей стабильности в том и состоит, что никому и в голову не придет, что государство что-то должно. То, что государство дает, – это подарки, как амнистия по случаю коронации. Наш человек счастлив пенсии в целых три тысячи рублей, и он не спрашивает, почему не столько, как хотя бы в Балтии. Корпоративный протест как у автомобилистов - по конкретному поводу с конкретными требованиями – это возможно. Социальный, основанный на уверенности, что государство не право, – нет.

То есть о том, что все идет не туда, сограждане уже догадываются. Но тем, кто уже давно ничего от государства не ждет, оно ничего и не должно. А еще говорят, что мы государственники. Мы настоящие индивидуалисты. Литовцам и не снилось. Что нас и отличает. В том числе и по части средней зарплаты.

Грани.ру
Оставьте свой комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя, вы соглашаетесь с условиями
Читать комментарии Читать комментарии
 
Рассылка новостей

Мнения и комментарии

Нефтяной ультиматум Путина Лукашенко. Пострадают страны Балтии? (87)

Белорусский транзит стал не только экономическим, но и политическим инструментом влияния белорусских властей на балтийские страны. Что ждет нас в ситуации ультиматума, который Россия предъявила Беларуси?

Шарунас Бартас: когда сидишь в вильнюсском баре, война кажется романтическим приключением. Это не так (42)

Шарунас Бартас, которого в прошлом году выбрали лучшим литовским режиссером, возвращается с новым фильмом "Иней". В фильме снималась известная француженка Ванесса Паради. Художественный фильм был снят в Донбасском регионе, совсем рядом с зоной военных действий. Он передает отношение режиссера к Украине, Бартас поддерживает ее борьбу за независимость.

Александр Морозов: "Донбассизация" России? (44)

Блогер, колумнист, политический аналитик Александр Морозов знаком всем, кто интересуется событиями в России и на всем постсоветском пространстве. У нас он известен не только своими постами и публикациями, но и выступлениями на вильнюсских «Форумах свободной России». Прожив несколько лет в Праге, журналист переехал в Вильнюс, пополнив растущие ряды российских эмигрантов.

Российский историк о восстании 1863-го года: ничего не бывает напрасно (189)

Обнаружение захоронения участников восстания 1863 года, среди которых оказались останки и его лидера Зыгмунта Сераковского, не прошло незамеченным и за пределами Литвы. Российский историк Раиса Добкач на своей странице в Facebook отреагировала на открытие захоронения и, рассказывая о Сераковском и борьбе повстанцев с царским режимом, отметила, "что ничего не бывает напрасно, нельзя стереть память, нельзя спрятать человеческие следы, нельзя изменить историю одним росчерком пера очередного правителя или министра".

К.Эггерт. Чем ответит Путин на санкции США (51)

Как, наверное, хотелось бы сегодня обитателям Кремля и Смоленской площади, олигархам и главам государственных корпораций вернуться назад, в безмятежные годы Джорджа Буша-младшего!
Facebook друзья