Цветы вместо гранат

Немецкие и русские солдаты вместе переносят останки солдат вермахта. Примирение вызывает сопротивление.
Gedulas, liūdesys, gvazdikas
© Reuters/Scanpix
Офис этого пожилого седого человека расположен недалеко от Красной площади в Москве. Он приятен в общении, но жесток в деле. Евгений Копышев, 1938 года рождения, коммунист, генерал-майор авиации в запасе, руководит ЦИК Международного союза советских офицеров. Он выступает против мемориальных кладбищ, которые создаются в России Фондом патронажа над военными захоронениями Германии. "Берите останки своих солдат, – советует он немцам, – договаривайтесь с нашими властями о том, как можно перезахоронить их прах, чтобы это было приемлемо для их близких и родственников, но только никаких мемориальных кладбищ на российской земле".

С требованиями, подобными тем, что выдвигает Копышев, выступают и российские националисты и неонацисты. Следствием проводимой Путиным великодержавной политики стало ощутимое распространение национализма и нетерпимости среди жителей страны. "Россия для русских!" – так звучит популярный лозунг националистов. В эту картину немецкие солдаты никак не вписываются. Мемориальное кладбище под Смоленском, где были бы похоронены немецкие военные, создания которого в течение многих лет добивался немецкий фонд, скорее всего построено не будет. "Немецкие солдаты сожгли под Смоленском более 300 деревенских жителей", – говорит Копышев. Президент "Народного союза" Райнгард Фюрер отвечает генералу: "На войне всегда есть люди, которые не знают меры и нарушают права человека. Это касается и немцев. Но мы сегодня не выступаем судьями мертвым, не в этом состоит наша задача".

Согласно результатам опроса независимой московской радиостанции "Эхо Москвы", проведенного в августе 2007 года, 65% респондентов высказались за создание немецких мемориальных кладбищ. Одно из таких кладбищ было открыто в городе Себеж на северо-западе России недалеко от границы с Латвией. Дорога туда проходит через кажущийся нетронутым природный ландшафт. В советские времена здесь были сельхозугодья, но сегодня поля поросли травой, а стада здесь больше не пасутся. Многочисленные деревенские дома по обочинам дорог опустели. Молодежь покинула деревни и крестьянские дворы. Остались одни старики, влачащие нищенское существование. Между опустевшими деревнями должны найти свое последнее пристанище около 40 тыс. солдат вермахта. В начале сентября немецкая сторона торжественно открыла кладбище.

По этому случаю в Себеж приехала большая группа родных и близких похороненных солдат. 90-летняя вдова Ирмгард Пёла из Лейпцига и ее 63-летняя дочь Хайке хорошо перенесли непростое путешествие. После изгнания из Восточной Померании Ирмгард впервые снова увидела здесь русских. "Я приехала сюда без всякой неприязни к русским, – говорит она. – Я хочу только одного: увидеть его могилу". Вилли Пёла погиб 4 апреля 1944 года во время похода на Россию. Для своей жены он был самой большой любовью, после его смерти она так больше и не вышла замуж. Дочь никогда не видела своего отца. "В течение многих лет я не могла попасть туда, где он погиб, – говорит она. – Поэтому для меня многое значит тот факт, что теперь я могу поехать туда, постоять на его могиле, возложить венок и прочесть молитву".

Немецкие кладбища в России, как и кладбища в Германии, где захоронены советские солдаты, финансируются немецкой стороной. Основным сотрудником фонда на северо-западе России является Уве Лембке из Саксонии-Ангальт. Вот уже 15 лет дипломированный инженер занимается перезахоронением солдат. Это непростая работа, окончания которой не предвидится. Сначала служба по переносу захоронений должна найти старые кладбища, на которых захоронены солдаты вермахта. Затем останки эксгумируют и затем перезахоранивают на новых кладбищах.

По словам Уве Лембке, останки многих павших немецких солдат до сих пор находятся там, где они были похоронены во время войны. "Это может быть полем или земельным участком, находящимся в частной собственности. Они могут находиться и под дорогами или домами". Лембке обнаруживает захоронения при помощи свидетельств очевидцев. "Если мы наталкиваемся на останки или находим фрагменты униформы, сапог, пуговиц, которые однозначно указывают на их немецкое происхождение, то мы делаем вывод, что нашли кладбище". Он уже перезахоронил останки сотен тысяч немецких солдат.

"В 70% случаев удается идентифицировать останки при помощи документов Deutsche Dienststelle (бывшее справочное бюро вермахта. – Прим. ред.), но в первую очередь благодаря солдатским жетонам, – говорит Лембке. – Это очень высокий показатель". Солдатские жетоны, пуговицы, пряжки, военные награды и ордена пользуются большим спросом в России. Поэтому неоднократно немецкие кладбища подвергались налетам вандалов, которые предлагают свои "трофеи" на рынках или в интернете.

На немецком кладбище Сологубовка под Санкт-Петербургом немецкие и русские военные в течение 2 недель хоронили деревянные гробы с останками немецких солдат. На близлежащем кладбище, где похоронены советские солдаты, они заново выкрасили именные таблички. Подобной совместной работы еще никогда не проводилось. Немецкими солдатами руководил подполковник Юрген Юттлер, родившийся в 1961 году в городе Галле, который стоит на реке Зале, и в свое время служивший в Национальной народной армии ГДР. "Это была напряженная работа, – говорит Юттлер. – Но самое главное в этом было то, что мы сделали это вместе с русскими".

Фонд занимается не только поиском старых кладбищ в России, где похоронены немецкие солдаты. Совместно с саксонским музеем и по поручению федерального правительства он занимается тем, что выясняет судьбы без вести пропавших в Германии советских военнопленных и офицеров Красной армии. Власти в Москве долгое время не интересовались тем, что с ними стало.

Но постепенно все меняется. Начиная с весны в российской армии появился поисковый батальон, который – на российской территории – ищет останки советских солдат, павших во Второй мировой войне. Нередко останки кое-как неглубоко зарывались в землю в лесу. Русские солдаты, которые вместе со своими немецкими товарищами участвовали в перезахоронении, как раз и являются этим поисковым батальоном.

Ими командует Сергей Персиянцев, который в свои 37 лет уже полковник. На его счету не одна непростая операция, в том числе и чеченская война. Работа на немецком кладбище была для него эмоциональной задачей. "Ты чувствуешь: только спустя 60 лет мы начала правильно оценивать то время. Советские и немецкие солдаты – тогда гибли все. Каждый солдат должен быть похоронен с военными почестями, с венками и цветами и неважно, немец он или русский".

Школьники из Санкт-Петербурга тоже побывали здесь. Здесь не было места страху перед общением между внуками и правнуками бывших враждующих сторон. "Это уже новое поколение, – говорит 16-летняя Женя. – Оно понимает, что то, что происходило в Германии, было плохо. Германия – прекрасная страна, там живут милые люди, против них я ничего не имею". Совместная работа российских и немецких солдат будет продолжена в Берлине. Задумчивый, производящий впечатление почти что робкого человека, полковник Персиянцев убежден в том, что военные могут таким образом способствовать тому, чтобы похоронить военное прошлое с достоинством. "Лучше возлагать вместе цветы, чем бросать друг в друга гранаты".

Inopressa
Оставьте свой комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя, вы соглашаетесь с условиями
Читать комментарии Читать комментарии
 
Рассылка новостей
Rambler's Top100